Меню

Невеста цесаревича георгия михайловича



Почему свадьба потомка Романовых в Исаакии все-таки не была царской?

Георгий Романов и Ребекка (Виктория) Беттарини обвенчались 1 октября 2021 года в Исаакиевском соборе. В мировых и российских СМИ это событие назвали «первой за сто лет свадьбой Романовых в России», а самих обвенчанных — наследниками императорского дома Романовых. Но это оказалось неправдой. И вот почему.

« [Российский] императорский дом закончил свое существование в 2007 году, когда в Монтевидео умерла последняя представительница рода Романовых, которая обладала статусом члена императорской фамилии, совершенно бесспорным. Это была княгиня императорской крови Екатерина Иоанновна. Больше никакого императорского дома не существует», – говорит в интервью кандидат исторических наук Евгений Пчелов, один из ведущих специалистов по истории дома Романовых.

Однако до сих пор находятся люди, которые претендуют на право называться «наследниками Романовых» и даже мечтают возродить в России монархию. Именно их усилиями свадьбу, проведенную в Исаакиевском соборе в Санкт-Петербурге 1 октября освещали в российских и западных СМИ как «свадьбу наследника русского престола».

Почему императорского престола в России больше не существует?

Молодожены украшены орденами, самостоятельно выпускаемыми организацией потомков Кирилловичей. Некоторые из этих наград дублируют официальные государственные награды РФ.

«Я очень люблю Россия страна», – сказала Ребекка Беттарини в интервью после обручения с Георгием Романовым, состоявшегося в Ипатьевском монастыре в Костроме. «Надеемся, чтобы посетить побольше Россия вместе», – добавил Георгий Михайлович.

Эти фразы на ломаном русском не удивительны, ведь воспитывались будущие супруги в семьях, не говорящих на русском языке. Несмотря на это, многие корреспонденты российских и иностранных СМИ во время визита пары в Россию титуловали их «величествами», а Георгия Михайловича называли «великим князем» и «наследником».

Российское гражданство Георгий и его мать Мария Владимировна получили в 1991 году по решению тогдашнего президента Бориса Ельцина. До получения российского паспорта фамилия Георгия была Гогенцоллерн, так как он является потомком прусского династического дома, сыном принца Прусского Франца Вильгельма. Его прапрадедушка, немецкий император Вильгельм II, когда-то объявил Российской империи войну – Первую мировую. Его дед по отцу – принц Карл Франц Прусский – в годы Великой Отечественной войны служил в Вермахте и был награжден Железным крестом.

Карл-Франц Прусский (в нацистской военной форме с Железным Крестом) с супругой, Генриеттой фон Шёнайх-Каролат.

Александр Закатов, директор канцелярии некоммерческой организации, называющей себя «Российским императорским домом» (организация потомков двоюродного брата Николая II Кирилла Владимировича, к которой принадлежат Георгий Михайлович и его мать Мария Владимировна), говорил в интервью каналу Россия24: «Наследование продолжается не в смысле претензии на власть, а в смысле того, что если народ когда-либо пожелает восстановить монархию, то он сможет сделать это в соответствии со всеми традициями, всем историческим путем». Однако именно с традициями здесь самая большая проблема.

Иван Матвеев, историк династии Романовых, отмечает, что никаких престолонаследников и престола уже нет: «Все это – история. Мы должны теперь это изучать, анализировать – но это уже прошлое». В самом деле, ни Закон о престолонаследии 1797 года, ни другие узаконения Российской Империи уже более 100 лет не имеют юридической силы.

Свадьба Марии Владимировны Романовой и принца Франца Вильгельма Прусского, Мадрид, 1976.

Джанни Феррари/Getty Images

Кроме того, 2 марта 1917 года император Николай II отрекся от престола в пользу своего брата, великого князя Михаила Александровича. На следующий день, после консультаций с приближенными, Михаил Александрович подписал акт непринятия престола. Согласно этому документу, династия Романовых могла быть восстановлена только после того, как было бы сформировано Конституционное собрание, которое одобрило бы восстановление монархии. 4 марта 1917 года власть в России перешла ко Временному правительству. Хотя Конституционное собрание было впоследствии сформировано, никаких решений о восстановлении монархии им принято не было, а власть в стране перешла к большевикам во главе с Владимиром Лениным. Понятие «императорского престола» не существует в России с 3 марта 1917 года.

С фальшивой короной на голове

Великий князь Кирилл Владимирович. 1904.

Почему в таком случае Георгий Михайлович титулует себя великим князем и наследником престола? Его мать Мария Владимировна – внучка великого князя Кирилла Владимировича, двоюродного брата Николая II, который в феврале 1917 года поддержал революцию, надев красный бант и лично предоставив находившийся под его командованием Гвардейский экипаж в распоряжение председателя Государственной Думы Михаила Родзянко. Впоследствии моряки Гвардейского экипажа заняли Царскосельский и Николаевский вокзалы, чтобы воспрепятствовать верным Николаю II войскам прибыть в столицу, чем косвенно ускорили падение монархии в России.

31 августа 1924 года, спустя более чем 7 лет после падения монархии в России, Кирилл Владимирович самостоятельно объявил себя Императором Всероссийским под именем Кирилла I. Этот факт был оспорен большинством здравствовавших на тот момент потомков династии Романовых. Несмотря на это, сын Кирилла, князь императорской крови Владимир Кириллович, хотя и не объявлял себя императором, использовал титул «Его Императорское Высочество Государь Великий Князь» и считал себя главой дома Романовых.

Мария Владимировна на свадебной церемонии.

В 1948 году Владимир Кириллович женился на Леониде Георгиевне, дочери князя Георгия Ираклиевича Багратион-Мухранского, представителя грузинской династии, перешедшей в начале XIX века в подданство Российской империи. Дочь от этого брака, Мария Владимировна, в 1976 году в Мадриде вступила в брак с принцем Францем Вильгельмом Прусским (после принятия православия – Михаил Павлович). В 1981 году в этом браке родился Георгий Михайлович.

В 1989 году Владимир Кириллович провозгласил свою дочь Марию наследницей российского престола. В 1992 году он скончался. После смерти отца Мария Владимировна издала «Манифест о принятии Главенства в Российском Императорском Доме», в котором объявила своего сына Георгия наследником, цесаревичем. Поступки Марии Владимировны неоднократно вызывали возмущенную реакцию потомков русской аристократии. Так, Петр Петрович Шереметев, потомок известного графского рода, без обиняков заявлял в интервью каналу «Россия24»: «Она ходит по каким-то вечерам с «царской» короной на голове! Это – безобразие! Так некрасиво и пошло. Как можно идти на бал с фальшивой короной? Это – мошенники».

«Свадьба века»

Давид Мухранский и неизвестная дама выступают в роли шаферов.

Венчание Георгия и Ребекки Беттарини состоялось в Исаакиевском соборе Санкт-Петербурга 1 октября. Для этого не пришлось получать каких-то специальных разрешений – провести церемонию стоит от 20 тысяч рублей. Кстати, представители рода Романовых никогда не венчались в Исаакиевском соборе – на этом месте когда-то стояла церковь Исаакия Далматского, где Петр Великий венчался с Екатериной I, но это было до постройки собора, в 1712 году. Впоследствии венчания членов императорской фамилии происходили в Большой церкви Зимнего дворца.

Статьи о венчании пестрят ошибками – прежде всего, слова о «первом за 120 лет браке потомков Романовых на родине». Не избежало досадной оговорки даже такое издание, как New York Times. С тем, что Россия этим людям не родина, мы уже разобрались. Но, как указывает Иван Матвеев, только ​​в период между Февральской революцией 1917 года и эмиграцией последнего члена Императорской Фамилии в июле 1920 года, еще на родине, было заключено шесть браков. Более того – Георгий и Ребекка не стали даже первыми из потомков Романовых, кто заключил брак в России после краха СССР. Первым был князь Димитрий Романович (1926-2016), женившийся 28 июля 1993 года в Костроме на графине Доррит Ревентлов (р. 1942). Сам князь Димитрий Романович, последний представитель ветви «Николаевичей», был противником реставрации монархии и считал, что в России «должен быть демократически избираемый президент». Кстати, и упомянутая Евгением Пчеловым последняя дама из императорской фамилии, княгиня императорской крови Екатерина Иоанновна, в 1937 году, перед вступлением в брак с итальянским маркизом Нобиле Руджеро Фараче ди Виллафореста, подписала отречение от любых прав на российский престол.

Простое перечисление обстоятельств венчания, приведенное в записи Ивана Матвеева, пожалуй, не требует комментариев. Свадьбу не посетил никто из официальных лиц – ни губернатор Петербурга Александр Беглов, ни официальный представитель МИД России Мария Захарова. Отсутствовало поздравление от президента РФ Владимира Путина. Ни один российский телеканал не транслировал церемонию – даже патриотический православный канал «Царьград», основатель которого, бизнесмен Константин Малофеев, симпатизирует ветви «Кирилловичей» и активно поддерживает их начинания.

Шлейф с гербом Российской империи во время церемонии тащился по полу. В Российской империи это повлекло бы за собой уголовную ответственность.

Поразило отсутствие на венчании родного отца жениха, принца Франца Вильгельма Прусского. Из более чем 400 архиереев Русской Православной Церкви на венчании присутствовали семеро. Что еще более показательно, во время самого венчания имена брачующихся объявляли по обычной формуле – «о рабе Божием Георгии и о рабе Божией Виктории», без каких-либо титулов – таким образом, собравшимся было продемонстрировано, что РПЦ, чтящая память канонизированных в лике страстотерпцев императора Николая II Александровича и его семьи, не считает возможным возглашать несуществующие титулы венчавшихся.

Были на венчании и совершенно необъяснимые эпизоды. Пожалуй, самым странным оказался тот факт, что на шлейфе фаты невесты был изображен… двуглавый орел, который в процессе церемонии волочился по полу Исаакиевского собора – безусловное унижение достоинства и памяти и Российской империи, и династии Романовых.

«Пить водка – как это по-русски».

На фуршете, последовавшем за церемонией, жених и невеста лихо и демонстративно пили водку под объективами камер. Ничего подобного не было и не могло быть ни на одном царском венчании в истории России. Княгиня, пьющая водку, сразу была бы разоблачена как представитель простонародья, ну а князь, скорее всего, мог выпить, но в мужском кругу и уж точно не в день свадьбы сразу после церемонии. Эта небольшая деталь показывает, какими скудными знаниями о традициях царской России обладают участники и организаторы церемонии, и куда занесло их навязчивое стремление «быть русскими».

«Сабельная арка», ставшая причиной дисциплинарного взыскания руководству ЗВО.

После венчания выходящих из Исаакиевского собора супругов встречал почетный караул с поднятыми саблями. «Сабельная арка» – специфическая свадебная традиция, принятая среди британских и американских военных при венчании военнослужащих. Георгий Михайлович же не служил и не имеет воинского звания. Как сообщает петербургский телеграм-канал «Mash на Мойке», солдат в этот караул «согласовали быстро и практически случайно». 6 октября стало известно, что министр обороны РФ Сергей Шойгу лично распорядился о привлечении к дисциплинарной ответственности должностных лиц Западного военного округа, отправивших военнослужащих на церемонию венчания.

Состоявшееся торжество можно охарактеризовать лишь как фарс, бриколаж из обрывков свадебных и монархических традиций, позабытых и искаженных даже теми участниками венчания, кто считает себя наследниками этих традиций.

«​​Самое печальное, – отмечает историк Евгений Пчелов, – что эти люди начисто лишены адекватной самооценки и только смешат своим видом и поведением всех вокруг, тем самым в неприличном свете выставляя Романовых и историческую Россию, от чьего имени тщатся выступать».

Автор материала – кандидат исторических наук (ИРИ РАН, 2010).

Источник

Ребекка Беттарини

Биография

Ребекка Беттарини — потомственная дворянка, итальянка по национальности, переехавшая в Россию и сменившая веру. Такие стремительные изменения в личной жизни были связаны не только с карьерой, но и с желанием стать женой князя Георгия Романова.

Детство и юность

Ребекка Вирджиния Беттарини появилась на свет в столице Италии 18 мая, год рождения — 1982-й. Ее родители — дипломат Роберто Беттарини и Карла Вирджиния. В семье девочка воспитывалась одна.

Первые 5 лет своей жизни итальянка прожила во Франции. Затем вместе с родителями переехала в Венецию, а оттуда — в Багдад, где в возрасте 6 лет пошла в школу. Но из-за напряженной политической ситуации в стране вместе с матерью вернулась в Италию. Глава семьи же оставался в Багдаде еще в течение года.

На родине Ребекка продолжила учиться. Вскоре из-за нового назначения Роберто Беттарини ей пришлось вновь менять школу — семья переехала в Каракас. Там девочка поступила в Географический институт Августина Кодацци.

Влияние матери, которая участвовала в благотворительности, сказалось на дальнейшей биографии дочери. Девушка с ранних лет интересовалась этим аспектом. А Карла Вирджиния привлекала наследницу к работе некоммерческого фонда Un pesebre para Canaima, занимающегося помощью индейским племенам в Венесуэле. Все члены семьи участвовали в сборе средств, устраивали благотворительные вечера.

В возрасте 14 лет Ребекка оказалась в Бельгии, где вплотную занялась иностранными языками. Сейчас она свободно говорит на французском, испанском и английском. Там же начала выходить на сцену местных театров. Организация спектаклей труппой «Волшебный круг» преследовала благотворительные цели. Финансовые средства с продажи билетов шли на помощь итальянцам, которые оказались в больничных палатах в чужой стране.

Окончив школу, Беттарини прилетела на родину и продолжила образование в Международном университете социальных наук. Там изучала политологию и специализировалась на международных отношениях. Красный диплом и степень магистра открывали большие перспективы.

Изучение тонкостей международного права не помешало студентке следовать зову сердца. В те годы она числилась волонтером, еженедельно организовывая раздачу вещей и продуктов нуждающимся.

Карьера

Весной 2005 года Ребекку приняли в компанию Finmeccanica. В соответствии с должностными обязанностями бывшая студентка организовывала встречи высокопоставленных лиц иностранных государств в Фарнборо (Англия).

Источник

Брак Цесаревича Георгия и будущность ДомаРомановых

«По Божьему изволению, а не по человеческому хотению…»

– Александр Николаевич, в связи с обручением Великого Князя Георгия Михайловича и Виктории Романовны Беттарини возникает целый ряд вопросов. Не нарушены ли династические правила? Каков статус этого брака?

– Прежде всего следует сказать, что Российский Императорский Дом сохранился и продолжает существовать исключительно благодаря соблюдению исторического династического права.

Принцип легитимизма – законной династической наследственности – составляет основу бытия подлинной монархической традиции, хранителем которой является династия Романовых. Это не означает, что династическое право не может изменяться с учетом новых реалий. Легитимизм и традиционализм вовсе не предполагают окаменения и омертвения. Разумеется, любое право – государственное, церковное, династическое – развивается, дополняется, корректируется. Ведь право регулирует общественные отношения, которые не могут быть раз и навсегда застывшими, как и сама жизнь не стоит на месте.

Самое главное, что составляет сущность легитимизма: закон должен соблюдаться и исполняться, пока он не отменён, или не изменён, или не дополнен в установленном законом порядке правомочной инстанцией.

В настоящий момент династическое право Российского Императорского Дома не изменено и ни в чем не нарушено. Глава династии Великая Княгиня Мария Владимировна, реализуя свои права, дала соизволение на брак своего сына и наследника и конкретно определила, что в момент заключения брака его супруга получит фамилию Романова и титул Светлейшей Княгини. Это очень высокий статус, и он именно таков, каким позволяет его определить ныне действующее династическое право Российского Императорского Дома.

– Прошу пояснить для наших читателей, что это такое – «династическое право»?

Читайте также:  Водопад фата невесты сша

– Династическое право – это совокупность правовых норм и правил, определяющих состав династии, порядок наследования главенства и иерархию внутри неё, систему взаимоотношений главы и членов династии, вопросы вероисповедания, требований, предъявляемых к бракам, титулования, символики.

– Но остаётся ли это право в силе после революции? Ведь Дом Романовых больше не является государственным учреждением.

– Право существует не только в форме действующих государственных законов, но также в форме договоров, в форме обычаев, в форме канонического права и в других формах. В Российской Федерации все они существуют и применяются постольку, поскольку не противоречат действующему законодательству.

Закон должен соблюдаться, пока он не будет отменён или изменён.
Подобно каноническому праву Церкви, династическое право является частью живого исторического наследия и современного правового поля. Оно продолжает оказывать регулирующее действие на жизнь самой императорской фамилии и на её взаимоотношенияс другими династиями, в том числе, царствующими в монархических государствах Европы.

В Преамбуле Конституции России содержится положение, что народ принял Конституцию, «чтя память предков, передавших нам любовь и уважение к Отечеству, веру в добро и справедливость».

Внутренние законы исторических институций (каноническое право Русской Православной Церкви, установления традиционных религий, династическое законодательство Российского Императорского Дома) в части, не противоречащей законодательству РФ, действуют не только не вопреки Конституции, но, именно конкретизируя и развивая вышеприведенное положение ее Преамбулы, а также статьи 44, обязывающей граждан«заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры» и пункта 2 статьи 67 прим, в которой провозглашается: «Российская Федерация, объединенная тысячелетней историей, сохраняя память предков, передавших нам идеалы и веру в Бога, а также преемственность в развитии Российского государства, признает исторически сложившееся государственное единство».

Преемственности в развитии Российского государства не может быть без исторических институций, то есть учреждений, имеющих несомненную преемственность с момента своего возникновения и осуществляющих деятельность по своим внутренним историческим законам, которые, несомненно, являются важной частью исторического и культурного наследия.

Царственные Дома в каждой стране являются наиболее характерными примерами таких институций.

Именно это мудро отметил Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл, отвечая на вопрос об отношении к Дому Романовых в нынешних условиях, когда нет монархии, когда нет «престола» как юридической категории. В программе «Слово Пастыря» от 9 марта 2013 года Его Святейшество сказал: «В лице Великой княгини Марии Владимировны и ее сына Георгия сохраняется преемственность Романовых – уже не на Российском императорском престоле, а просто в истории» (http://www.patriarchia.ru/db/text/2836965.html).

Эти слова Патриарха точно отражают главное в миссии Императорского Дома в современных реалиях. И всецело совпадают с пониманием своих положения и роли самим Императорским Домом. Глава Династии Государыня Мария Владимировна чётко сформулировала свою позицию: «Многие ошибочно считают, что Глава Императорского Дома – это «претендент на престол». На самом деле это совершенно не так.

«Императорский Дом является исторической институцией, хранящей целый комплекс традиционных духовных ценностей, и в том числе, естественно, идею монархии. Отказаться от этой идеи для династии невозможно, точно так же, как невозможно Церкви отказаться от веры в Бога. Мы убеждены, что легитимная монархия имеет будущее и может принести пользу нашей Родине. Если когда-либо наш народ свободно и осознанно пожелает восстановить монархию, в лице Главы Императорского Дома всегда есть законный наследник великих российских государей, готовый к исполнению своего долга. Но мы ничего не хотим никому навязать, не участвуем ни в каких формах политической борьбы и ни на что не претендуем.

«И я, и мой сын Цесаревич Георгий Михайлович являемся гражданами России, уважаем ее Конституцию и законы, стараемся помогать Президенту и государственной власти в целом, Церкви, традиционным конфессиям и общественным силам в возрождении исторических традиций и в их творческом развитии с учетом требований современности.

«В настоящее время и в обозримом будущем главными функциями Дома Романовых является возрождение благотворительной деятельности, участие в укреплении государства и гражданского общества, в обеспечении социального, религиозного и национального мира в стране, в сохранении единого цивилизационного и культурного пространства бывшей Российской Империи, в защите окружающей среды и исторического наследия, в поддержании положительного образа России во всем мире. Вся наша деятельность имеет гуманитарный неполитический характер»
Но если Императорский Дом продолжает существовать и обеспечивать преемственность в Истории, то, конечно, это бытие нуждается в правовом регулировании. И никакой иной правовой основы, кроме исторического династического законодательства, для этого не существует и не может существовать.

Клятва «в роды и роды»
***

– А что конкретно входит в понятие «династического права»?

Основными актами российского династического права являются Утвержденная Грамота Великого Всероссийского Поместного Церковного и Земского Собора 1613 года и Акт о наследовании, изданный Императором Павлом I в день его священного коронования 5/18 апреля 1797 года и положенный им на алтарь Успенского собора Московского Кремля.

– Расскажите о них подробнее.

В Утвержденной Грамоте Великого Всероссийского Собора 1613 года провозглашается незыблемость принципа легитимной наследственности царских прав и обязанностей, и они закрепляются «в предъидущие лета, в роды и роды» за потомством Михаила Феодоровича Романова, являвшегося, как было установлено Собором, законным «природным» преемником угасшего Царского Дома Рюриковичей.

Императорский Дом продолжает обезпечивать преемственность в Истории.
Некоторые недоумевают: дескать, как это можно было дать такой обет на вечные времена, за все следующие поколения? С какой стати мы должны принимать во внимание волю людей, живших 400 лет назад, в совершенно иных обстоятельствах?

Конечно, при поверхностном рассмотрении может показаться, что в 1613 году конкретные люди присягнули конкретному человеку и его потомкам, и это было их дело, а для нас уже не имеет никакого значения.

Но если вдуматься и проанализировать суть решений Великого Собора 1613 года, станет ясно, что они действительно носят вневременной, постоянный характер.

Несмотря на попытки некоторой части аристократии навязать России республиканскую «выборную монархию» по польскому образцу, Великий Собор 1613 года восстановил традиционную наследственную династическую монархию и призвал на престол не просто «хорошего человека», а законного наследника угасшего Дома Рюриковичей.

У 16-летнего юноши Михаила Романова не было ещё никаких личных заслуг, за которые его могли бы «избрать» в современном нам смысле этого слова. Он был ПРИЗВАН на царство как «Избранник Божий», ибо его отец – будущий Патриарх Филарет (Романов) – был двоюродным братом последнего Царя из Дома Рюриковичей – св. Феодора I Иоанновича. Более близких родственников не было. Сам Филарет уже не мог взойти на престол, так как являлся монахом. И Собор призвал его сына. А Филарет, вернувшись через 6 лет из польского плена, был законно возведён на Патриарший престол.

То есть в лице Михаила Романова была не просто «избрана новая династия», а возрождена династическая преемственность с Царской ветвью Династии Рюриковичей. И это чётко сформулировано в Утвержденной грамоте Великого Собора.

Принося обет Михаилу Феодоровичу и его потомству «в роды и роды» Собор 1613 года проявлял приверженность не личности, даже не просто определённому роду, а ПРИНЦИПУ МОНАРХИИ КАК ГОСУДАРСТВА-СЕМЬИ, как власти «по Божьему изволению, а не по многомятежному человеческому хотению».

Как не выбирают отца и мать, так не выбирают и Царя-Батюшку и Царицу-Матушку. Личность Государя определяется волей Божией. И более совершенного и безспорного способа проявления воли Божией, чем династическая наследственность, быть не может. Во всех иных случаях определение личности Государя уходит в область человеческих пристрастий, групповых интересов, субъективных мнений и фантазий, псевдомистических увлечений и т.п.

Поэтому монархическая традиция в России нерасторжимо связана с Домом Романовых.

Когда нет монархии как государственного строя, Династия Романовых является просто хранительницей духовных, правовых и социокультурных основ идеи российской православной монархии.

Но если теоретически предположить, что когда-нибудь народ пожелает восстановить монархию, то никакой другой династии, кроме Дома Романовых, и никакого другого Государя, кроме законного Главы этой Династии, быть не может.

Иначе это будет не монархия, не преемственность в истории (причем не только от Романовых но и от Рюриковичей), не Государство-Семья, и, тем более, не власть Божиею милостию, а очередной политический эксперимент бонапартистского толка, замешанный, к тому же, на клятвопреступлении.

Есть ещё мнение, что, дескать, Собор 1613 года был «земским», «мирским», и его решения не имеют религиозного значения. Это тоже большое заблуждение.

Во-первых, Великий Собор 1613 года был не только Земским, но и Поместным Церковным, ибо в нём принимал участие Освященный Собор – все Архиереи, а кроме того, настоятели крупнейших монастырей и соборов Русской Православной Церкви. И его цель заключалась в решении не текущих политических или экономических проблем, а основополагающего вопроса о сакральной царской власти – власти Божиею милостию, нерасторжимо связанной с Церковью в духе православного учения о симфонии властей.

Во-вторых, после того, как 14/27 марта 1613 года Михаил Феодорович Романов в костромском Ипатьевском монастыре согласился принять возложенное на него и его потомство царское служение, уже чисто церковный Освященный Собор (в нынешней терминологии – Архиерейский собор) 14/27 апреля 1613 года окончательно закрепил священный обет, сформулированный и принесенный всероссийским Великим Собором 21 февраля/6 марта 1613 года в Утвержденной Грамоте.

Так что этот обет имеет несомненное религиозное значение и полностью сохраняет свою силу, по крайней мере, для верующих в Бога людей.

Конечно, когда некоторые ревностные не по разуму люди заявляют, что мы, живя в республике и являясь её гражданами, самим этим фактом подпадаем под проклятие, как нарушители обета 1613 года – это проявление фанатизма и экстремизма. Республика – другой государственный строй, с другими правовыми основами, с другой системой церковно-государственных отношений и т.д. И в его границах Дом Романовых – не более и не менее чем историческая институция.

Но вот те, кто пытается навязать мнение, что возможно восстановление монархии без Дома Романовых, уже вступают в явное противоречие с соборным определением 1613 года: «глаголют ино и молву в людях чинят», что и вправду подпадает под проклятие Великого Собора 21 февраля/ марта 1613 года и Архиерейского (Освященного) Собора 14/27 апреля 1613 года.

Как не выбирают отца и мать, так в монархии не выбирают и Царя-Батюшку и Царицу-Матушку. Личность Государя определяется волей Божией.
Династия Романовых является неотъемлемой и необходимой составляющей российской монархической традиции не потому, что это сам по себе, по своей изначальной природе какой-то «священный род», не потому, что все его главы и члены являются или должны являться одновременно святыми, героями и гениями, а потому, что по воле Божией ему суждено было стать продолжателем преемственности, идущей от самого начала российской монархии, с 862 года.

Утвержденная Грамота Великого Собора не оговаривает и не содержит никаких дополнительных мирских и политических условий для наследования прав и обязанностей потомками Михаила I – от каких браков, по мужской или по женской линии и т.д. Речь идёт о потомстве Михаила Романова – «в роды и роды». Единственным необходимым условием является, конечно, православное исповедание носителя царственного служения, поскольку в случае его отступления от Православия сразу уничтожается вся религиозная основа его статуса, и все обеты, скреплённые Православной Церковью, теряют смысл.

Утвержденная Грамота 1613 года – это незыблемый фундамент российского династического права и основа всей монархической традиции России.

Но ничто в мире не может быть абсолютно совершенным, тем более, с самого начала. Даже церковное каноническое право, создаваемое при содействии Святого Духа, развивалось и совершенствовалось на протяжении многих веков.

Вопрос династической преемственности в целом был решён в 1613 году.

Но потребовалось время, чтобы определение личности государя, даже в рамках династии, было окончательно избавлено от вмешательства человеческой воли.

Я не буду здесь подробно рассказывать обо всей истории престолонаследия в XVII-XVIII веках. Об этом особо интересующиеся могут найти подробные научные публикации.

Перейду сразу ко второй фундаментальной составляющей династического права – Акту о наследовании Императора Павла I.

Этот Акт, составленный Государем ещё в 1788 году и обнародованный им в день венчания на царство 5/18 апреля 1797 года, полностью избавил порядок наследования от любого произвола. Он чётко определяет распорядок внутри династии Романовых и исключает возможность существования так называемых «претендентов», то есть нескольких лиц с приблизительно равными правами. Акт всегда указывает на одно-единственное лицо, обладающее правами и обязанностями Главы Российского Императорского Дома (являющегося Императором (Императрицей) де юре).

Суть и смысл закона о наследовании сформулированы Павлом I таким образом: «Дабы Государство не было без наследника. Дабы наследник был назначен всегда Законом самим. Дабы не было ни малейшего сомнения, кому наследовать. Дабы сохранить право родов в наследствии, не нарушая права естественного, и избежать затруднений при переходе из рода в род».

Эти принципы и правовые механизмы их реализации являются незыблемыми, ибо именно они обезпечивают независимость определения личности Главы Императорского Дома (обладающего правами на престол при монархическом строе) от любых частных или партийных интересов, чьих-то субъективных мнений и т.д.

Некоторые говорят, что, дескать, Акт Императора Павла I «устарел». Однако здесь мы видим явное лукавство. Да, конечно, язык конца XVIII века, на котором он написан, сейчас звучит архаично. Но ПРИНЦИПЫ, которые лежат в основе акта и которые им обеспечиваются, опять же, как и в случае с Утвержденной Грамотой 1613 года, носят вневременной, постоянный характер.

Святитель Филарет Московский систематически и полно изложил учение Православной Церкви о Царской власти.

Комментируя слова Священного Писания «Клятся Господь Давиду истиною, и не отвержется ея: от плода чрева твоего посажду на престоле твоем» (Пс. 131:11), он утверждает:

«Бог, Которого слово и без клятвы самодостоверно, если достоверность его подтверждается еще клятвою, то конечно, этим указывает как на особенную важность предмета клятвы, так и на преимущественную потребность и благотворность несомненного удостоверения о том.

«(…) Какой же это предмет? – Наследственность царской власти: «от плода чрева твоего посажду на престоле твоем.

«Из такого представления дела, очевидно, вытекают следующие истины или догматы: Первая, что Бог посаждает Царя на престоле, или иначе сказать: Царская Власть есть Божественное учреждение.

«Вторая, что Бог посаждает на престоле царевом от плода чрева Царя, то есть наследственность Царской Власти.

«Третья, что Царская наследственная власть есть высокий дар Божий избранному Богом лицу, как об этом свидетельствует обещание сего дара с клятвою, а также и другое Божественное изречение: «вознесох избранного от людей Моих» (Пс. 88. 20).

«Четвертая, что Царская наследственная власть есть и для народа важный и благотворный дар Божий (…).

«Вот коренные положения или догматы Царского и государственного права, основанные на Слове Божием, утвержденные властью Царя Царствующих и Господа Господствующих, запечатленные печатию клятвы Его» (Филарет (Дроздов). Сочинения Филарета Митрополита Московского и Коломенского. Слова и речи. – Т. III. – М., 1861. – С. 225-227).

Читайте также:  Все диеты для невесты

Именно это и обезпечивает Акт Императора Павла I в максимально достижимой в земной жизни форме: Богопослушность, непрерывность, суверенитет, независимость и безспорность в наследовании царственных прав и обязанностей.

Династическое право включает в себя и другие акты царствовавших Императоров и Глав Императорского Дома после Революции, развивающие и конкретизирующие базовые принципы, устанавливающие порядок их применения и т.д. Но Утвержденная Грамота 1613 года и Акт о наследовании 1797 года – незыблемые, непреходящие основы православной монархии.

– Вернемся к браку Цесаревича Георгия Михайловича и его последствиям. Все-таки, насколько соответствует этот брак Акту о наследовании Императора Павла I?

– В самом Акте Императора Павла I нет понятия морганатического брака. Не существовало этого понятия и ранее, ни при Рюриковичах, ни при первых Царях из Дома Романовых в XVII веке, ни в течение XVIII века.

Акт о наследовании 1797 года основан на праве мужского первородства с переходом наследования по женской линии после пресечения последней мужской линии. Для признания брака династическим по этому Акту достаточно его признания Главой Дома. Никаких иных условий нет.

Ограничение, касающееся браков с нецарственными особами, установил Император Александр I в качестве дополнения к Акту своего отца. Манифестом от 20 марта/2 апреля 1820 года, изданным в связи со вторым браком Цесаревича Константина Павловича, женившегося на польской графине И. Грудзинской, он ввёл в российское династическое право не существовавшее дотоле понятие морганатического (неравнородного) брака.

При кодификации законов в царствование Николая I это добавление было сформулировано в неприкосновенной статье: «Дети, происшедшие от брачного союза лица Императорской фамилии с лицом, не имеющим соответственного достоинства, то есть не принадлежащим ни к какому царствующему или владетельному Дому, на наследование престола права не имеют» (статья 36 Свода Законов Российской Империи издания 1906 г.) и в статье Раздела 2 Свода законов «Учреждение о Императорской фамилии»: «Лице Императорской фамилии, вступившее в брачный союз с лицом не имеющим соответственного достоинства, то есть не принадлежащим ни к какому царствующему или владетельному Дому, не может сообщить ни оному, ни потомству, от брака сего произойти могущему, прав, принадлежащих членам Императорской фамилии» (статья 188 Свода законов Российской Империи издания 1906 г.).

Невеста Великого Князя Георгия Михайловича происходит из старинной семьи, но не является членом Царственного или Владетельного Дома. Поэтому в данный момент, пока действует династическое право в нынешней форме, ей предоставлено право после заключения брака носить фамилию Романовой и пользоваться титулом Её Светлости Светлейшей Княгини Виктории Романовны. Сам Великий Князь Георгий Михайлович, во всяком случае, сохраняет все династические права и обязанности пожизненно.

– Может ли Российский Императорский Дом отменить понятие «неравнородного брака», как это сделали в большинстве других династий?

– Это, теоретически, возможно, но требует серьезной подготовки и принятия ряда очень ответственных решений.

Давайте сначала рассмотрим обстоятельства, имеющие принципиальное значение.

Когда Александр I дополнил закон о наследовании требованием равнородности браков, такая норма была общей для большинства царственных династий Европы.

Государь желал привести российское династическое право в соответствие с международными стандартами, повысить авторитет и престиж Дома Романовых, укрепить его связи с другими императорскими и королевскими Домами.

Это положение в целом сохранялось до второй половины ХХ века. Но за последние десятилетия большая часть династий Европы (как лишенных престолов, так и царствующих) полностью упразднила или существенно либерализировала ограничения, связанные с брачными правилами. Процесс этот развивается, в него включается всё большее число династий.

И в общем, это не новшество, а возвращение к более старой практике, имевшей место на протяжении веков до XVIII-XIX вв.

Династическое право, в том виде, как оно сложилось к моменту Революции 1917 года, обезпечило сохранение Российского Императорского Дома Романовых в изгнании не просто как неопределённой совокупности родственников, разбросанных по разным странам мира, но как исторической институции, то есть фамильной корпорации, являющейся хранительницей идеи Православной монархии и ее мировоззренческих, правовых, этических и социокультурных ценностей, обладающей несомненной преемственностью в истории с момента своего возникновения, имеющей иерархию и дисциплинарные правила, осуществляющей деятельность по своим внутренним историческим законам и традициям.

Однако ограничения, содержащиеся в династических законах, в особенности, брачное ограничение, введенное Императором Александром I в 1820 году, привели к тому, что сейчас Российский Императорский Дом состоит всего из двух лиц – Великой Княгини Марии Владимировны (род. 1953) и её сына и наследника Великого Князя Георгия Михайловича (род. 1981).

Остальные потомки Всероссийских Императоров подразделяются на 4 категории:

Члены иностранных династий (потомки по женским династическим линиям);
Происходящие от узаконенных морганатических браков (когда жених и невеста испросили и получили на свои неравнородные браки дозволение Главы Дома);
Происходящие от неузаконенных морганатических браков (когда брачующиеся не испросили и не получили на свои неравнородные браки дозволение Главы Дома, хотя и оформили эти браки по гражданским законам стран своего проживания);
Происходящие от внебрачных связей (когда оформления брака не было ни по династическим, ни по общегражданским законам).
В широком смысле все перечисленные категории лиц имеют отношение к роду Романовых, так как являются его кровными родственниками.

Но вторая, третья и, тем более, четвертая категория родственников по ныне действующему династическому закону не может ни принадлежать к Императорскому Дому, ни иметь право на наследование престола при монархии.

Поэтому, если старшая прямая династическая линия каким бы то ни было образом пресечётся, Главой Российского Императорского Дома станет член иностранной династии, обладающий соответствующими правами на основании происхождения от Дома Романовых по женской линии и согласившийся принять Православие.

В случае пресечения ныне здравствующей старшей династической линии дальнейший порядок наследования главенства в Доме Романовых сейчас таков:

Сначала потомство Великой Княгини Марии Кирилловны Княгини Лейнингенской (Владетельный Княжеский Лейнингенский Дом лютеранского вероисповедания);
Затем потомство Великой Княгини Киры Кирилловны Принцессы Германской и Прусской (нынешний Германский Императорский и Прусский Королевский Дом лютеранского вероисповедания в старшей линии и в линии Принца Прусского Христиана-Сигизмунда);
Затем потомство Великой Княгини Елены Владимировны Принцессы Греческой и Датской, имевшей трех дочерей, которые все вступили в династические браки (младшая линия Югославянского Королевского Дома православного вероисповедания; Владетельный Дом Графов Тёринг-Эттенбахских лютеранского вероисповедания и младшая линия Великобританского Королевского Дома – Герцоги и Принцы Кентские англиканского и католического вероисповедания).

Далее следует династическое потомство членов Российского Императорского Дома женского пола из предшествующих поколений, вплоть до потомства младшей дочери Императора Павла I Великой Княгини Анны Павловны Королевы Нидерландов.

То есть, на первый взгляд, никаких проблем с законным наследованием прав и обязанностей Главы Российского Императорского Дома, вроде бы, не существует. Чтобы вообще не осталось наследника, должны вымереть практически все европейские династии, что маловероятно.

Причем в практически необозримой перспективе потенциальные наследники происходят из линии Владимировичей – потомков Великого Князя Владимира Александровича – единственного из сыновей Императора Александра II и внуков Императора Николая I, у которого осталось династическое потомство.

Однако за последнее время появился ряд обстоятельств, побуждающих всерьёз задуматься о целесообразности дальнейшего сохранения строгих требований к равнородности браков членов Дома Романовых.

Как мы уже упомянули ранее, большинство европейских династий, и правящих, и не правящих, отказалось от любых брачных ограничений.

Соответственно, сохранение ограничений в российском династическом праве неумолимо превращается в безсмысленный анахронизм. Они уже совершенно не обезпечивают (как было во времена Александра I) исключительно царственное происхождение, а лишь создают лишние затруднения и очевидные противоречия.

Пока живы Великая Княгиня Мария Владимировна и Великий Князь Георгий Михайлович, наследование по нынешнему закону осуществляется без каких бы то ни было проблем, так как они оба происходят от законных и равнородных браков.

Но если российское династическое право не будет скорректировано, и потомство Великого Князя Георгия Михайловича не получит статус полноправных членов Императорского Дома, то возникнет юридический нонсенс, порождающий очевидную несправедливость.

Получится, что православные от рождения потомки Российского Императорского Дома останутся вне очереди наследования, а права на возглавление династии получат инославные от рождения члены иностранных династий, хотя браки их предков с точки зрения российского династического закона также были бы признаны неравнородными.

В настоящее время требовать от членов иностранных династий соблюдения российских династических законов (до того момента, пока они не стали членами Российского Императорского Дома), невозможно. При этом они, являясь полноправными членами своих Домов, не могут быть устранены из порядка российского наследования, если до них дойдёт очередь.

Большинство европейских династий отказалось от любых брачных ограничений.
Таким образом, при равных условиях православные от рождения потомки Российского Императорского Дома окажутся дискриминированы в пользу потомков иностранных Домов, в подавляющем большинстве инославных от рождения.

Это точно никак не входило в замысел Императора Александра I, ужесточившего требования закона, изданного его отцом.

При наследовании по женской линии Главой Российского Императорского Дома станет человек, во-первых, скорее всего воспитанный не в православной вере, а во-вторых, совершенно точно не получивший с детства любовь к России и осознание преданности её интересам.

Конечно, ныне действующее династическое право содержит твёрдые гарантии сохранения православного вероисповедания Главы Российского Императорского Дома, так как инославное лицо, до которого дойдет очередь наследования главенства, должно либо вместе со своим наследником принять Православную Веру, либо навсегда отречься от своих прав и обязанностей, передав их следующим в очереди российского династического наследования.

Но нет никаких сомнений, что в современном секуляризированном мире такая ситуация создает гораздо больше рисков для обезпечения глубинной и подлинной преемственности и верности Святому Православию, чем даже в XVIII-XX веках.

Тогда, при всех духовных и нравственных изъянах общества, все-таки, общее религиозное мировосприятие находилось на более высоком уровне. Между Европой и Россией не существовало столь сильного различия в отношении к христианским моральным ценностям, как сейчас.

И даже тогда процесс адаптации был крайне тяжелым. Вспомним несчастную судьбу Петра III, воспитанного с детства в протестантизме и западных обычаях. Он был совсем не таким ужасным человеком, как его нередко пытаются изобразить, и по-своему искренно служил России. Но совершенно очевидно, что он не смог найти общий язык с подданными, что, в конце концов, стало причиной его гибели. А ведь он, между прочим, родоначальник по мужской линии всех последующих Всероссийских Императоров и Глав Династий.

В современных же условиях, когда от династии Романовых требуется не искусство политического управления, а в первую очередь поддержание исторической преемственности, переход прав и обязанностей Главы Российского Императорского Дома к иностранцу, личность которого сложилась в иноверной и инокультурной среде, станет еще более проблематичным, как для него самого, так и, что гораздо важнее, для соотечественников.

Ещё можно надеяться, что иноверный от рождения наследник по женской линии искренно восприимет учение Православной Церкви и перейдет в Её лоно.

Но гораздо труднее ожидать, что ему одновременно удастся вполне понять и принять душой исторически сложившиеся особенности религиозной жизни в России и нашего менталитета.

Вместо органичной преемственности духовного, идейного и культурного наследия, созданного Домом Романовых за 400 лет его служения (на троне, в изгнании, и за последние 30 лет пребывания на Родине), неизбежно начнется, выстраивание системы отношений и взглядов практически с нуля.

В государствах, где монархическое правление не прерывалось, и вся система государственных и общественных учреждений помогает династии, это сложно, но представимо.

Но в России, где уже более 100 лет нет монархии, от династии требуется не политическая активность, не PR-компании и модернизм в западном духе, а наоборот, традиционализм, здоровый консерватизм, скромность, глубинное понимание российского исторического пути, социально ориентированная деятельность.

Всё это органично и глубинно присуще старшей династической линии. А для иностранцев, увы, даже в самом лучшем случае, станет внешним исполнением роли.

Сохранение российского династического права в полностью неизменном состоянии, как это ни грустно, неумолимо ведёт Дом Романовых к кризису, угрожающему смыслу его существования – быть хранителем традиционных ценностей и живым символом преемственности в Истории.

Даже если бы Великий Князь Георгий Михайлович обрёл спутницу жизни, принадлежащую к иностранной династии, всё равно, по ряду линий у её предков было бы, скорее всего, уже нецарственное происхождение. В следующем же поколении это уже будет в любом случае так на все 100 процентов.

Поэтому, даже при формальном соблюдении правила равнородности, цель, которую преследовал Александр I, достигнута быть уже не может. Это добавление к Акту Павла I, имевшее огромное значение в течение более 150 лет, ныне потеряло смысл ввиду фактической неисполнимости.

– Так почему же этот закон не отменяют?

– На первый взгляд, это не так уж сложно. Действительно, если один Глава Дома ввёл некую норму, то почему другой Глава Дома не может ввести другую норму, тем более, что этим не нарушаются базовые принципы основополагающего Акта о наследовании?

Ведь для отмены требования равнородности браков не нужно принимать новый закон (как сделали Королевские Дома Европы), а достаточно просто вернуться к Акту Императора Павла I, отменив лишь одно из позднейших добавлений к нему.

Приходится слышать, что корректировать династические правила, якобы, может только царствующий монарх. Но это совершеннейшая фантазия, не имеющая никаких оснований.

Во всяком случае, и те династические акты, которые были приняты при монархии, и те, которые изданы после Революции, сейчас не входят в корпус современного государственного законодательства, так что они – в совершенно равном положении норм права исторической институции.

Для регулирования династического права и порядка его применения достаточно статуса Главы династии, и совсем необязательно наличие политической власти. Пример европейских нецарствующих династий (Германского, Австрийского, Итальянского, Румынского и других Домов) – красноречиво о том свидетельствует.

Российский Императорский Дом не может быть исключением, которому почему-то всегда нельзя то, что всем другим можно. Это абсурд.

Так что дело здесь вовсе не в том, царствует или не царствует Глава Российского Императорского Дома.

Существует другое обстоятельство, которое делает процедуру корректировки российских династических брачных правил более сложной, чем у всех других царственных Домов.

Император Александр I в своем манифесте 1820 года, установив требование равнородности, заповедал: «Изъявляя сию Волю нашу всем настоящим и будущим Членам Императорской Нашей Фамилии и всем верным нашим подданным, по точному праву, определенному в 23 пункте Учреждения о Императорской Фамилии, пред Лицом Царя Царствующих обязуем всех и каждого, до коего сие касаться может, сохранить сие дополнительное Наше постановление в вечные времена свято и ненарушимо».

Эта заповедь была при кодификации закреплена в отдельной статье (статья 39 Свода законов Российской Империи в издании 1906 г.). В силу этой статьи Главы Российского Императорского Дома «обязуются свято наблюдать вышепоставленные законы о наследии престола», в чем дают клятву на Кресте и Евангелии: в первый раз при вступлении в права наследника, во второй раз – при восприятии прав и обязанностей Главы Дома, а при монархическом строе и в третий раз – при миропомазании во время совершения чина священного коронования.

Читайте также:  Как атец невесту сына

Поэтому для того, чтобы отменить требование равнородности брака, волеизъявление Главы Императорского Дома является необходимым, но недостаточным фактором. Требуется ещё и разрешение от религиозного обета.

Возможно ли это в принципе? Да, возможно, ибо духовенству Самим Спасителем дано право «вязать и решить»: «Сказал Господь Своим ученикам: истинно говорю вам: что вы свяжете на земле, то будет связано на небе; и что разрешите на земле, то будет разрешено на небе» (Мф. 18, 18)).

– Тогда каков может быть чин снятия обета? Есть ли какие-то примеры?

– Из российской истории можно вспомнить наиболее яркий и известный прецедент: снятие крестного целования с Великого Князя Василия II игуменом Кирилло-Белозерского монастыря Трифоном в 1447 году. Тогда же отказ Василия II от данного им на Кресте обета «не искать власти» благословил и игумен Ферапонтова монастыря преподобный Мартиниан, и многие другие представители духовенства. Благодаря этим церковным актам Великий Князь получил возможность вернуться на престол и восстановить преемственность власти. Напомню, именно после возвращения на трон Василия II Русская Православная Церковь обрела автокефалию, и его существенная роль в этом признаётся и церковными, и светскими историками.

Для отмены требования равнородности брака необходимы волеизъявление Главы Императорского Дома и разрешение от религиозного обета.
­Конечно, эти события стоят далековато от нас по времени. Более современным и обоснованным для нашей ситуации является видение проблемы Святителем Иоанном Шанхайским и Сан-Францисским, высказанное им в заключительной части его труда «Происхождение Закона о престолонаследии в России».

Св. Архиепископ Иоанн (Максимович) (1896-1966) был не только выдающимся иерархом, подвижником и чудотворцем, но и юристом по образованию. Он был духовным другом и наставником Великого Князя Владимира Кирилловича и Великой Княгини Леониды Георгиевны. С молодости до последней минуты своей жизни он проявлял заботу о Российском Императорском Доме и изъявлял преданность ему. И руководствовался он при этом не просто личной симпатией, а глубоким знанием духовных и правовых основ Православной монархии, канонического права Церкви и, что в данном случае особенно важно, законодательства Российской империи.

В своей книге «Происхождение Закона о престолонаследии в России» Святитель Иоанн изложил историю эволюции российского династического законодательства и убедительно показал, что порядок наследования в Доме Романовых «выработался исторически, покоится на чисто русских основах и в целом является вполне русским по духу».

Он опроверг различные ложные и ошибочные мнения, распространявшиеся некомпетентными или заведомо недобросовестными людьми, и указал, что до возвращения Дома Романовых на Родину «никакие изменения или произвольные толкования не могут иметь места, и исторический Российский закон, получивший своё начало вместе с началом объединения Руси, действителен в том виде, в каком находился в день страшного преступления – лишения законного Царя принадлежащей ему власти».

Вместе с тем Святитель Иоанн отметил, что «отдельные статьи закона не соответствуют историческим правовоззрениям».

«Как на такое, противоречащее русской истории, правило, – считал Святитель Иоанн, – указывают на дополнение, сделанное в 1820 году к закону о престолонаследии, об ограничениях при заключении неравнородных браков, а также позднейшее запрещение Великим Князьям и Княжнам вступать в таковые браки. Нельзя не согласиться, что это совершенно противоречит истории и старым русским обычаям».

«Вполне бы, с другой стороны, – говорит Святитель Иоанн далее, – соответствовало духу русского права требование, чтобы все члены Царского Дома исповедовали православную веру, чтобы лица при вступлении в брак не принявшие Православия, к особам царствующего Дома не причислялись и русскими титулами не обладали, а лица, от Православия отпавшие, теряли и достоинство, и права члена Царского Дома». «Ввиду того, что Царский Дом в своё время признал для себя обязательным закон о воспрещении лицам, произошедшим от неравнородных браков, наследовать престол и о невключении в состав Царской семьи, – закон, который Александр I всех заклял соблюдать, – едва ли было бы полезно, чтобы даже сам Государь отменил его без соответствующего разрешения от клятвы Российским Патриархом или законным Собором российских иерархов». (Иоанн (Максимович), св. архиеп. Происхождение Закона о престолонаследии в России. – Шанхай, 1936)
Как мы видим, позиция Святителя Иоанна заключается в том, что отмена понятия неравнородного брака для членов Дома Романовых является не отступлением от духа российских династических законов в угоду веку сему, а напротив, их усовершенствованием и приведением в большее соответствие с российскими традициями.

Ограничения, связанные с происхождением, по его представлению, должны быть отменены, с одновременным введением дополнительных вероисповедных ограничений, устанавливающих обязательную принадлежность к Православной Церкви не только Главы Российского Императорского Дома, его супруги и ближайших наследников, но всех без исключения членов династии, не только урождённых, но и ставших таковыми посредством браков.

В 1920-е годы, когда писался труд «Происхождение закона о престолонаследии в России», как сам автор, так и большинство других русских изгнанников видели возвращение Дома Романовых в Россию и восстановление монархии нерасторжимым целостным явлением и не представляли, что может быть неполитическая реинтеграция династии в общественную и культурную жизнь Отечества (что произошло в 1990-е годы).

Поэтому Святитель Иоанн, размышляя о возможных изменениях династического законодательства, говорит о «Самодержавном Государе», то есть о царствующем монархе.

Но не подлежит сомнению, что под «Самодержавным Государем» он имеет в виду только и исключительно Главу Российского Императорского Дома Романовых: «таковым является старший по первородству член Царского рода», – пишет он.

Как мы уже упоминали, по общепринятой во всем мире практике, старший представитель старшей династической линии обладает полным правом в рамках базового Закона интерпретировать и редактировать законодательство своего Дома в качестве его Главы, независимо от наличия или отсутствия у него политических полномочий. Поэтому в данной части какого-либо принципиального расхождения с позицией Святителя Иоанна нет. Поправки в династическое законодательство имеет право ввести не только Самодержавный Государь, но и нецарствующий Глава Российского Императорского Дома.

Если принять позицию Святителя Иоанна (Максимовича) за основу, то для признания брака члена Российского Императорского Дома династическим опять стало бы достаточно согласия Главы династии (как в базовом Акте о наследовании Императора Павла I 1797 года, без добавления, сделанного Императором Александром I в 1820 году).

Принадлежность супруги или супруга члена Российского Императорского Дома к другому царственному или владетельному Дому стала бы необязательной.

При этом усиливалась бы вероисповедная составляющая закона, и если невеста члена Российского Императорского Дома не исповедует православие от рождения, она обязательно должна принять его ДО вступления в брак.

В противном случае согласие Главы Дома на брак не может быть дано, и супруга и потомство от такого брака, если он всё же будет заключен по общегражданским законам, не сможет пользоваться никакими правами, принадлежащими членам Российского Императорского Дома, даже в случае её царственного происхождения.

То есть, по сути, принцип обязательного царственного происхождения супругов членов Российского Императорского Дома для признания браков династическими был бы заменен принципом обязательного исповедания Православной Веры для всех без исключения членов династии, а не только для Главы и его ближайших наследников.

При введении нормы об обязательном исповедании Православной Веры можно было бы, следуя рекомендациям Святителя Иоанна (Максимовича), усилить её установлением, что член Российского Императорского Дома, вступающий в брак с особой неправославного вероисповедания, сам автоматически теряет все династические права (в ныне действующем Законе нет никаких оснований для лишения члена Российского Императорского Дома прав династического наследования по какой бы то ни было причине, так как даже ограничительные статьи не содержат никакой санкции в отношении членов династии, нарушивших их. Подробнее: «Браки членов Дома Романовых с инославными особами» http://proza.ru/2021/01/30/1109) .

Эта концепция преобразования династического права, освященная авторитетом великого чудотворца нашего времени Святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Францисского, подтверждает, что отмена требования равнородности браков в российском династическом праве отнюдь не является чем-то невозможным, неприемлемым или «подогнанным» под конкретную жизненную ситуацию. Речь об этом, без всякого преувеличения, начата за без малого 100 лет до помолвки и обручения Великого Князя Георгия Михайловича.

– В СМИ промелькнуло сообщение, что Великая Княгиня Мария Владимировна уже обращалась к Святейшему Патриарху Московскому и всея Руси Кириллу с вопросом об изменении Закона о престолонаследии, но его благословение на это не было получено. Так ли это?

– Святейший Патриарх Кирилл стоял у истоков возвращения Императорского Дома на Родину. Ещё будучи Митрополитом Смоленским и Калининградским он вместе с покойным Патриархом Алексием II участвовал во встрече с Августейшими родителями Государыни Марии Владимировны в ноябре 1991 года, во время их первого визита на Родину.

И за прошедшие с тех пор 30 лет он неизменно проявляет к Императорской Семье отеческую любовь, заботу и понимание.

Поэтому по всем важным вопросам Великая Княгиня Мария Владимировна советуется со Святейшим Патриархом, испрашивает его благословения, делится с ним своими мыслями и переживаниями. Естественно, что и по вопросу будущности Российского Императорского Дома между Великой Княгиней и Предстоятелем Русской Православной Церкви имеет место обмен мнениями.

Даже если бы не было проблемы разрешения от клятвы, сама по себе верность к Церкви и уважение к Патриарху не позволили бы Великой Княгине принять важные решения, не узнав отношения Его Святейшества.

А поскольку существует религиозный обет, о котором мы уже подробно говорили, решить этот вопрос без Церкви невозможно.

Так что просто невероятно, чтобы этот вопрос не стал одной из тем обсуждения между Главой Императорского Дома и Патриархом.

Но на данном этапе это дело исключительно их личного общения.

Те обрывочные сведения и комментарии, которые появились в СМИ, прямо скажем, напоминают поговорку: слышал звон, да не знает, где он.

Когда эти слухи появились, мною сразу был дан официальный комментарий: «Великая Княгиня не раз публично заявляла о том, что возможно через какое-то время придется внести коррективы в правила наследования престола, как это сделано многими европейскими домами. Она всегда подчеркивает, что если когда-то это и будет сделано, то только с согласия и благословения Церкви. Русская монархия – православная. И только своим решением Императорский дом не может этого делать. Великая Княгиня советуется с Патриархом по всем вопросам. Всегда обращается за благословением и внимательно относится к его позиции. Идет обычный процесс, размышления на эту тему. Это не является абсолютно невозможным. Но пока никаких решений не принято»
Ещё раз повторю. Пока династическое право действует в своем прежнем виде. И все акты, в том числе, связанные с предстоящим браком Великого Князя Георгия Михайловича, приняты в соответствии с нормами этого права. Его законное преобразование невозможно без церковного разрешения от клятвы, а нарушать его, пока оно в силе, Императорский Дом не намерен.

– Что может препятствовать разрешению от клятвы?

– Есть факторы и соображения, которые, я бы сказал, не препятствуют этому, а чрезвычайно повышают степень ответственности за определение формы и времени принятия таких решений.

Должен вновь отметить, что вообще этот вопрос на данной стадии относится исключительно к сфере общения Святейшего Патриарха Кирилла и Великой Княгини Марии Владимировны. Любое вмешательство, даже с самыми благими намерениями, несвоевременно и, скажу прямо, неделикатно.

Поэтому и я не стану вдаваться в какие-то рассуждения и высказывать собственные мнения. Ограничусь лишь тем, что просто обращу ваше внимание на всем очевидные вещи.

Во-первых, любая традиция, тем более просуществовавшая почти два века, не может быть отменена или изменена в ускоренном порядке. На традициях держится всё общество. А в особенности, Святая Церковь и исторические институции. Если что-то изменять, следует всё продумать до мелочей и подготовить глубокое и всестороннее обоснование.

Во-вторых, Церковь не может принять на себя ответственность за решение мирских вопросов. В данном случае идёт речь об отмене акта Императора Александра I, который был принят им без участия Церкви. Это создаёт определённую коллизию.

С одной стороны, определение статуса династических браков – это мирской вопрос, находящийся вне сферы действия церковного права.

­­­­С другой стороны, существует религиозный обет на Кресте и Евангелии, без разрешения от которого никакие изменения невозможны. И позиция Святителя Иоанна Шанхайского подтверждает, что отмена правила равнородности не только не исключена, но даже полезна, однако только после разрешения от клятвы Церковью.

Здесь должна быть найдена, образно говоря, формула, согласно которой всю ответственность за возвращение к первоначальному Акту о наследовании Павла I и за последствия этого несёт Глава Российского Императорского Дома.

А Церковь, не принимая абсолютно никакой ответственности за отмену акта, принятого без её участия, только предоставляет Главе Российского Императорского Дома религиозную свободу совести в самостоятельном решении ею вопроса отмены правовой нормы, утратившей смысл и по факту уже неисполнимой.

И это, если произойдет, должно быть запечатлено в чеканных формулировках, чтобы никто не мог истолковать данное решение в политизированном, вредном и для Церкви, и для династии виде.

Нет никаких сомнений, что Святейший Патриарх принимает любые решения, руководствуясь прежде всего своим Первосвятительским долгом. И Великая Княгиня Мария Владимировна всегда будет советоваться с ним, следовать его советам и никогда не совершит ничего, что противоречит её религиозному долгу, её дочерней верности Русской Православной Церкви и её глубокому личному уважению и любви к Патриарху Кириллу.
***

– Если возвращение к Акту Павла I когда-нибудь произойдёт, будет ли это означать признание династическими и тех неравнородных браков, которые заключили члены Дома Романовых в ХХ веке?

– Ни одна династия, отменившая понятие неравнородного брака на будущее, не восстановила династический статус линий, утративших его прежде. Подобный акт не может иметь обратной силы, так как тогда неизбежно нарушится стройный порядок наследования.

Информационные материалы:
– Основные государственные законы Российской Империи

Раздел II. Учреждение о Императорской Фамилии:

– Источники династического права:

– Иоанн (Максимович), св. архиеп. «Происхождение закона о престолонаследии в России»

– Тихомиров Л.А. «Монархическая государственность»

– Белокуров С.А. «Утверженная грамота Великого Собора 1613 года»

– Александров М.А. «Отречение от прав на престол по законам Российской империи»

– Закатов А.Н. «Становление династии Романовых в изгнании»

– Закатов А.Н. «Социокультурный суверенитет исторических институций: истоки и современность»

– Никон (Левачев–Белавенец), иеромонах. «Русская Православная Церковь Заграницей и Российский Императорский Дом в изгнании. Правда и вымыслы»

– Статус Российского Императорского Дома в Российской Федерации

Источник