Меню

Линда бердолл мистер дарси женится



Линда бердолл мистер дарси женится

До свадьбы оставалось три дня, когда Дарси поверг в трепет миссис Беннет известием о приезде своей сестры, мисс Джорджианы Дарси. И хотя девушке исполнилось всего лишь шестнадцать, миссис Беннет нервничала в ожидании этой встречи, будучи наслышана В гордыне молодой леди. Она успокоилась лишь тогда, когда Дарси представил ей не только Джорджиану, Но и своего кузена, полковника Генри Фицуильяма из благородного семейства Фицуильямов, в честь которого и нарекли когда-то самого Дарси.
Миссис Беннет всегда с восторгом знакомилась I новым молодым холостяком. После того как гости уехали, она все восклицала:
— Какой очаровательный молодой человек! Такие непринужденные манеры, такой бесподобный собеседник! Не слишком хорош собой, что верно, то верно, но кого это волнует?
— Полагаю, кого-то все же волнует, мама, — заметила Элизабет, возможно, вспоминая порывы восторга своей матери по поводу красоты ее будущих зятьев.
— Лиззи, какая же ты скрытная! Ни разу, ни словечком не обмолвилась о нем, когда вернулась домой после посещения Кента!
— Разве я забыла упомянуть о знакомстве с полковником Фицуильямом, мама?
— Забыла, именно забыла! Ты твердо уверена, Лиззи, что у него нет никакого постоянного дохода, кроме его армейского жалованья?
— Весьма твердо, мама. Полковник Фицуильям вынужден жениться на деньгах.
— Такая жалость, что младшие сыновья столь часто обладают личным обаянием, какого лишены прямые наследники.
Элизабет предпочла не относить реплику матери на счет своего жениха.
— Полковник имеет очень приятные манеры, мама.
— А мисс Дарси! — тут миссис Беннет в волнении воздела руки. — Такая изящная и такая очаровательная! Она не столь красива, как ее брат, но какая фигура, какие изысканные манеры!
К удовольствию дочерей, миссис Беннет с преувеличенным изяществом сделала несколько шагов по комнате, вращая свой носовой платок, потом погрузилась в любимое кресло и продолжила:
— Я боюсь, что мисс Дарси окажется несусветной гордячкой, она произнесла не больше двух слов. Хотя знаешь, Лиззи, думаю, она немного застенчива. Имей это в виду, когда станешь представлять ее обществу. Когда она начнет выезжать в свет?
— Очевидно, когда ей позволят.
Действительно, после церемонного представления ее брата Джорджиана Дарси едва ли, хоть единым звуком, ответила на поток слов миссис Беннет. Дарси, сам всегда чувствовавший себя неловко при общении с миссис Беннет, предоставил полковнику отдуваться за всю семью, поддерживая беседу.
Полковник Фицуильям устроился в кресле рядом с миссис Беннет и, повернувшись к Элизабет, сказал:
— Мисс Беннет, не могу выразить, как я восхищен возможностью снова видеть вас, да еще при таких обстоятельствах! Прошу вас, примите мои поздравления. /I поздравляю вас обоих. — Элизабет благосклонно кивнула ему, и он продолжал: — Когда мы расстались и Кенте, я думал, что вряд ли нам предстоит еще когда-нибудь встретиться. И вот мы с вами станем родственниками и, я надеюсь, лучшими друзьями.
— Лиззи все очень ловко скрывала, полковник. — Миссис Беннет с восторгом ухватилась за свою любимую тему. — Они были едва знакомы друг с другом, и нот уже они обручены, и вот-вот поженятся.
— Едва знакомы друг с другом, мэм? Да ведь в прошлом апреле мы с Дарси больше трех недель гостили у нашей тети в Кенте, и я слышал высшие похвалы в адрес мисс Элизабет Беннет еще задолго до этого.
Миссис Беннет от души рассмеялась.
— Мама, пожалуйста, — тихо попросила Элизабет, поднимаясь со своего места и направляясь к столу, где лежала ее незаконченная вышивка.
— Достаточно воспоминаний, кузен, — заметил Дарси.
Дверь открылась, и в комнату вошел мистер Беннет, и от его насмешливого взгляда ничто не укрылось. Он увидел свою супругу, вытирающую глаза от смеха: Элизабет, побледневшую от гнева; мистера Дарси, в котором, по всему видно, взыграла спесь; и двух незнакомых людей, которые, казалось, не знали, как им вест» себя.
— Ах, мистер Беннет! Вот и вы! — вскричала его супруга, вытирая глаза. — Входите и присоединяйтесь к нашему веселью.
Генри Фицуильям поднялся, подав руку Джорджиане. Мистер Беннет поклонился и пересек комнату, чтобы быть представленным гостям.
Элизабет успокоилась, когда появление ее отца побудило сменить тему разговора. К неудовольствию и досаде миссис Беннет, ее муж заговорил о брошюре, которую он намеревался когда-нибудь все же опубликовать.
— Я описываю все разновидности глупости и недомыслия, обнаруженные мною в работах солидных авторов, описывающих нравы прошлого столетия. Я постоянно натыкался при чтении на их перлы и потратил некоторое время на расширение и приведение в порядок моих мыслей.
— Чудесно, мистер Беннет, — откликнулся полковник. — Я с интересом буду ждать появления вашей работы.
— Долго придется ждать, сэр, — фыркнула миссис Беннет.
Воцарилось неловкое молчание.
Мистер Беннет вспыхнул, Элизабет отвела взгляд, а судя по лицу Джорджианы можно было подумать, что грянул гром и разверзлись небеса.
— Мадам, — сказал полковник, — я хорошо понимаю ваше нетерпение видеть признание таланта вашего мужа. Но порой требуются долгие годы упорного труда, чтобы представить столь оригинальную работу в отшлифованном виде.
«О, да, и сколько же долгих лет ушло на внимательное изучение людей, чтобы выработать манеры, столь отшлифованные, как ваши?» — подумала Элизабет.
— Я полагаю, — вступил в разговор Дарси, — что небрежность, снижающая качество выполняемой работы, попросту граничит с безнравственностью.
— Благодарю вас, сэр, за ваше благосклонное снисхождение к моей медлительности, — кивнул мистер Беннет с видом мудрого и маститого ученого и улыбнулся Элизабет, которой пришлось прикусить губу. Мистер Дарси поклонился:
— Стоит только обратиться к недавнему случаю, когда небрежная газетная статейка привела к. смерти предмета обсуждения.
— Ой, это вы о мистере Лаунде! — вскричала миссис Беннет. — Вы знаете, он покончил самоубийством.
— Это перевернуло бы мою жизнь, если бы мои старания привели кого-то к трагедии, — заметил мистер Беннет.
Джорджиана увидела, как Генри, на мгновение отвлекшись, позволил себе задержать нежный взгляд на лице Элизабет. Внезапная догадка озарила ум Джорджианы, и она едва не пропустила мимо ушей слова миссис Беннет, обращенные к ней.
— Лиззи никогда ни с кем не делится своими секретами, мисс Дарси. Я надеюсь, вам удастся вытянуть из нее хоть что-то, а иначе, зачем вообще нужны сестры?
— Миссис Беннет, мне всегда хотелось иметь сестру, я не желала бы лучшей сестры, — искренне призналась Джорджиана.
— Благодарю, — обрадовалась миссис Беннет. — Ты слышала, Лиззи? Ты когда-либо сталкивались с такой добротой?
Дверь снова открылась, Джорджиана не скрыла своего восхищения при виде красивой молодой женщины, которая вошла в комнату, очевидно, возвратившись, с прогулки. Холодный осенний воздух освежил цвет ее и без того безупречной кожи и углубил синеву глаз.
Это, сказала миссис Беннет, явно не скрывая от Джорджианы гордости, — Джейн, моя старшая дочь, и, поскольку за красавицей Джейн следовал молодой человек, добавила: — Возможно, вы знакомы с мистером Бингли, мисс Дарси.
— Мистер Бингли! Как! Вы? — обрадовалась Джорджиана и получила небольшой одобрительный кивок от брата. — Полагаю, вы знаете, мисс Дарси, что ваш брат и Лиззи разделят почести в свадебный день с мистером Бингли и Джейн, которых соединят на той же самой церковной церемонии.
— Да, я знаю, — рискнула ответить Джорджиана.
— Какая же я глупая! Знакомство вашей семьи с мистером Бингли предшествует нашему, — воскликнула хозяйка дома. Боюсь, вы немного рассердитесь на Лиззи, мисс Дарси, Ей взбрело в голову отослать обеих своих младших сестёр с поручением в деревню, поэтому сегодня вам не удастся познакомиться с ними. Я говорила ей, что так и получится!
— Едва ли стоит питать, надежду, что когда-нибудь наша дочь сравняется со своей матерью в мудрости, — заметил мистер Беннет. Пока остальные беседовали между собой, Элизабет спросила у Дарси:
— А Джорджиана планирует ехать в Пемберли с нами? Нет, их с компаньонкой сопроводит домой полковник Фицуильям, который сразу из Пемберли направится в свой полк.
— Он не дождётся нашего приезда? Долг призывает кузена время от времени наведываться в лагерь, — ответил Дарси, задумчиво посмотрев на неё, затем перевел взгляд за окно. — Да и леди Кэтрин требует его присутствия у нее в Лондоне после Рождества.
— Гнев ее милости не коснулся вашего кузена?
— Нет, конечно, и я поощрял его ехать. Он ее любимец. — Мистер Дарси бросил загадочный взгляд на свою невесту, прежде чем добавить: — Как, впрочем, и многих особ вашего пола.
Лукавая улыбка появилась на губах Элизабет.
— Он и в самом деле вызывает симпатии.
По пути к дому Бингли Джорджиана откинулась на подушки кареты. Она справилась со своей задачей. Сама не зная как, она сумела понравиться своим будущим родственникам, обитателям Лонгборна.
Девушку ошеломили словоохотливость матери семейства Беннет, красота сестры и едкое остроумие отца. Только в Элизабет все это уравновешивалось. Конечно же, ее брат не стал бы выбирать невесту, далекую от совершенства.
За скрипом упряжи и цокотом копыт лошадей по дороге она не могла расслышать разговор брата и кузена, ехавших верхом рядом с каретой.
Генри вспоминал, как в прошлом апреле впервые встретил Элизабет. Как он радостно и всей душой поддался ее обаянию, в то время как Дарси негодующе томился в своих оковах. Дарси понимал, что у Генри не рыло никакой возможности жениться на девушке, хотя сам Генри считал, что именно Дарси был неподходящей для Элизабет партией. Поэтому легкое соперничество между ними не приняло угрожающих размеров. Впрочем, оно вскоре было забыто, по крайней мере одним из них. Генри рассмеялся.
— Что с тобой? — удивился его кузен.
— Я смеюсь, вспоминая наше пребывание в Кенте, когда я часто искал твоего общества для прогулки верхом и обнаруживал, что ты уже куда-то подевался. Никто, кроме меня, и не знал, куда именно.
Дарси резко повернулся к нему:
— Надеюсь, я не проявил бестактность, обратившись к тебе с просьбой стать моим шафером?
— О господи, Дарси. Я думаю, у каждого своя роль, и я исполню свой долг по отношению к другу.
— Миссис Беннет так основательно собирается отпраздновать наш брак, — объяснил Дарси. — Я счел неразумным предъявить им одну только сестру.
— Семья мисс Беннет не обвинит тебя в этом, поверь мне. Я скорее могу предположить, что они испытывают облегчение, что их дом не наводнит фешенебельная публика, и особенно разгневанная родня.
— Ко взаимному удовлетворению обеих сторон, полагаю, — уточнил Дарси.
— Тебе следовало бы попытаться отбросить свой снобизм и вести себя проще, Дарси, — сквозь смех проговорил Генри. — Вряд ли уместно держаться столь церемонно и чопорно со своей будущей тещей.
— Я не знаю, как строить свою беседу с ней, кузен. Она кудахчет, как глупая курица, — он остановился. — Хотя беру свои слова обратно. Ради Элизабет не следует мне так говорить о ее матери.
Генри согласно кивнул.
— Но Бингли, похоже, не реагирует так на свою новую родню.
— Бингли обладает замечательной способностью проявлять снисходительность и терпение. Но ни его сестры, ни его шурин не в восторге от его брака.
— Вспомни, в их родне были торговцы, отсюда их комплексы и, как следствие, недовольство, — убежденно произнес полковник. — Твое же положение в обществе ничто не сможет поколебать.
— Ты так считаешь?
— Я уверен в этом. А когда прибывают родственники Бингли?
— Их ждут завтра. Миссис Беннет задумала попросить сестер Бингли выступить в роли подружек невесты для Джейн. Но все же потом сообразила, как неуместно и нелепо будут эти дамы смотреться рядом с Элизабет. Полковник засмеялся.
— Ты приехал, и я тебе благодарен, — продолжал Дарси. — Но все же. Не поставил ли я тебя в неловкое положение перед тетей? Что говорила по этому поводу леди Кэтрин?
— Она была крайне недовольна, но я твердо сказал ей, что не могу выбирать между тобой и ею. Я оставляю за вами обоими право отказаться от меня, если вы сочтете нужным, но сам я не откажусь ни от тебя, ни от нее. Дарси пробормотал слова благодарности.
Его кузен добавил:
— Ей придется довольствоваться теми членами семьи, которые отрекутся от тебя.
Дарси пожал плечами:
— Не глупи, Генри. Леди Кэтрин стареет, но все же есть вероятность, что она переживет свою дочь. И тогда ее состояние должно перейти кому-нибудь.
— Я не верю, будто наша тетя может облагодетельствовать меня; и я не стану жениться без привязанности.
— А в нашей семье ни кузина Анна, ни я не могли рассчитывать на подобную роскошь, — с некоторой го-речью сказал Дарси. — Я никогда не сомневался, что придется жениться на Анне. И только встретив Элизабет, я понял, что не смогу поклясться перед алтарем и перед Богом любить другую женщину, в то время как я уже полюбил Элизабет.
—Бедная малютка Анна.
— Я ее не обманывал! — резко дернулся Дарси. — Мы никогда не были помолвлены, мы ни разу не затрагивали эту тему в своих разговорах. На самом деле она испытывает ко мне не больше чувств, чем я к ней.
— И тем не менее все наши родственники ожидали этого; боюсь, леди Кэтрин никогда не простит тебя.
— Я не только не желаю, но я и не принял бы ее прощения. В своем письме она допустила такие оскорбительные выпады в адрес Элизабет, какие нельзя прощать.
— Время рубцует раны, Дарси.
— О каких ранах ты говоришь?! Она стала моим врагом и уже не сумеет ранить меня.
— О боже!
Полковник с сожалением улыбнулся про себя. Как это похоже на их тетку — столь неумолимо отвергнуть своего любимого племянника. И как это похоже на Дарси — отплатить ей тем же.

Читайте также:  Свадьба зимой приметы февраль

Bạn đang đọc truyện trên: Truyen3S.Com

Website đọc truyện online chất lượng hàng đầu việt nam, với nhiều thể loại truyện hay và hấp dẫn. Chúc các bạn có những giây phút đọc truyện thư giãn thật bổ ích.

Источник

Линда бердолл мистер дарси женится

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ
Элизабет спустилась по лестнице в Незерфилде и остановилась в дверях библиотеки. Дарси поднял глаза:
— Может, тебе не следовало подниматься с постели, Элизабет? Ты все еще неважно выглядишь.
— Не могу же я лежать весь день. Мне хочется погулять. Ты пойдешь со мной?
Прохладный ласковый ветерок обдувал лицо, на деревьях показались крохотные листочки. Все это могло бы заставить Элизабет бегать и скакать от радости. Но она шла очень медленно, опираясь на его руку. Фицуильям стал вспоминать и понял, что вот уже около двух недель, как ей нездоровится. Было ли это игрой его воображения или Элизабет действительно очень осунулась? Его жена, похоже, страдала от непривычной для нее слабости. Бледность, синяки под глазами. Внезапная мысль показалась такой мучительной, что он побелел от страха. Дарси остановился и посмотрел на нее.
— Ты за меня боишься? — спросила Элизабет.
— На мгновение — да, я испугался.
Она выпустила руку мужа и повернулась к нему.
— Фицуильям, дорогой, я не больна. Только немного устала. Разве ты не догадываешься? — Элизабет машинально провела пальцами по безупречной складке на рукаве, затем коснулась манжеты его рубашки. — Я толстею, мой дорогой.
Мгновенное замешательство отразилось у него на лице. Она оглядела свою стройную фигуру и добавила со смехом:
— Пока мне это не слишком удается, но, думаю, мало-помалу ты сможешь заметить во мне некоторые изменения к лучшему.
— У нас будет ребенок?
Тут Элизабет наконец подняла глаза. Восхищенная улыбка необыкновенно шла ему. Эта его улыбка сказала ей много больше, чем все радостные возгласы любого другого мужчины.
Когда Элизабет не приехала в Лонгборн и к полудню следующего дня, миссис Беннет, в сопровождении Китти и Мэри, немедленно направились в Незерфилд.
По мере того как они двигались по подъездной дороге к парадному крыльцу, миссис Беннет выглядывала из окна кареты с чувством глубокого удовлетворения.
— Это отменная перспектива, и не ошибитесь, девочки. Когда-нибудь я надеюсь увидеть вас обеих в таких же поместьях.
— Как это было бы здорово, мама, — воскликнула Китти, и они с матерью дружно рассмеялись. Мэри только фыркнула.
Поприветствовав мужчин, они с Джейн направились наверх. Миссис Беннет ворвалась в комнату Элизабет, Китти и Мэри следом за ней.
— Мама, — выдохнула Элизабет. — Как вы себя чувствуете? А вы, девочки? Мэри, Китти, как вы?
— При чем здесь наше здоровье! — удивилась миссис Беннет. — Что тут происходит? Когда это ты лежала в постели все утро?!
Действительно, Элизабет была счастливой обладательницей самого крепкого здоровья из всех пяти дочерей, и теперь, лежа в постели, она представляла собой необычную картину для внимательного взгляда матери. Дочь была бледна, ее обычная стройность сменилась изнуренной худобой.
— Я очень устала, мама. Да и как не быть усталой, если все последние недели я проводила в непрестанной погоне за удовольствиями.
— С мистером Дарси, кажется, все в полном порядке. — Миссис Беннет широко улыбнулась. — Какой восхитительный пеньюар! Позже ты непременно покажешь нам все свои лондонские приобретения.
— Ох, пожалуйста, Лиззи, покажи, — взмолилась Китти.
— Меня совсем не интересует вся эта мишура, — запротестовала Мэри.
Она не одобряла Элизабет. Ее наряд, сочетание тончайшего муслина и кружев, почти просвечивал насквозь. Казалось, что если приглядеться, то под ним вообще ничего нет. А крошечный кружевной чепчик совсем не прикрывал густые темные локоны сестры. «Не знаешь даже, куда и смотреть! — подумала Мэри. — И как это такой достойный джентльмен, как мистер Дарси, допускает, чтобы его жена одевалась подобным образом в семейной спальне?»
— А это что? — Ход мысли миссис Беннет вернулся к цели ее посещения. Она подняла чашку с подноса у кровати и подозрительно исследовала налитую туда мутную жидкость.
Элизабет потянулась забрать чашку у матери:
— Это — какое-то варево собственного изготовления Уилкинс. Она в восторге от моей беспомощности. Я убеждаю ее, что, работая няней или сиделкой, она была бы много счастливее. — Миссис Беннет определенно решила переговорить наедине с горничной своей дочери и суетливо заторопилась в гардеробную — поискать Уилкинс.
— Ох, Лиззи, с каким удовольствием я носила бы нечто подобное, — призналась Китти, поглаживая рукав пеньюара сестры.
— Вряд ли это было бы удобно в твоей ситуации, Китти, — ответила Элизабет, отводя руку.
— Я определенно намерена иметь такие вещи, когда выйду замуж.
— А я, разумеется, нет, — вмешалась Мэри. — У жены есть священная обязанность всегда твердо направлять мысли мужа в высокие сферы.
— Заполучи мужа сначала, а потом уж учи Лиззи! — возмутилась Китти, но мисс Беннет не удостоила подобный дерзкий выпад ответом.
Миссис Беннет тем временем захватила в плен Уилкинс и засыпала вопросами, а по уклончивым ответам убедилась в правильности своих догадок. Вернувшись, она замахала носовым платком на своих незамужних дочерей.
— Кш-ш! Идите отсюда! Побыстрей, уходите! — восклицала она, выгоняя их из спальни, словно двух щенков, затем села на кровать.
— Лиззи! — завопила она. — Ты хорошая, умная девочка! — Она крепко расцеловала ее. — Замужем всего пять месяцев, а подумала о беременности раньше всех своих замужних сестер! — Элизабет почти задохнулась в горячем объятии и отодвинулась.
— Мама, пожалуйста, дай мне вздохнуть.
— Мистер Дарси будет очень доволен тобой, совсем как я тобой довольна. Ха-ха! Беременность, я не могу насладиться звуками этого слова.
— Я счастлива стать причиной вашего восхищения, мамочка, но я бы предпочла не оповещать заранее всю округу о моих заслугах.
— Вряд ли тебе удастся скрыть это, Лиззи, — перебила ее миссис Беннет. — Ты понятия не имеешь, на-] сколько заметны в тебе изменения. Многие дамы сразу обо всем догадаются.
— Прошу вас, мама, не смущайте меня перед моим мужем и мисс Дарси.
Миссис Беннет аж покраснела от возмущения.
— Смущать тебя, Лиззи? Почему это я должна смущать своего собственного ребенка? Ты всегда была на редкость деликатна!
— Я прошу прощения, мама, если причинила вам боль.
— Ты всегда разочаровывала меня, Лиззи. Я очень горжусь тем, какую партию ты составила, и горжусь, что ты исполняешь свой долг, пытаясь обеспечить своего мужа наследником. Ты могла бы хоть немного разделить со мной мою радость, а не постоянно рвать мои бедные нервы в клочья своим превосходством.
Элизабет вздохнула и приступила к обязанности больного успокаивать посетителя.
И хотя миссис Беннет рассердили слова Элизабет, глупость дочкиных слов была настолько очевидна, что у нее снова поднялось настроение. Она возвратилась в Лонгборн в прекрасном расположении духа.
Ее муж обосновался в тишине своей библиотеки.
— Мистер Беннет! Мистер Беннет! Такие новости выкрикивала она еще с порога. — Она ждет. Я поняла это, как только я получила ту записку этим утром.
— Кто ждет, миссис Беннет, и чего ждет? Вы так волнуетесь, что и вы, и ваши новости так и остаются невысказанными.
— Ну, Лиззи, конечно. Она беременна. Представьте себе, она первая из троих; вот уж никогда не предположила бы этого. Беременность крайне важна для нее, много больше, чем для ее сестер.
— Почему так, миссис Беннет?
— Вы невыносимы, мистер Беннет. Мистер Дарси должен заиметь наследника, поэтому чем скорее Лиззи родит сына, тем лучше. Этот первый ребенок должен быть сыном, потом надо родить еще одного, или даже еще двоих, подстраховаться на случай потери первых. Тогда я перестану волноваться по ее поводу.
— Мадам, — попытался урезонить ее муж, — сколько лет мы с вами надеялись на сына? Сколько жалоб я слышал по этому поводу за эти двадцать лет? Я не желаю слышать никаких разговоров о внуках. Я не стану волновать свою дочь по этому поводу.
— Волновать Лиззи? Это она волнует меня. Она была слишком высокомерна со мной, ее собственной матерью! Я едва могла говорить, видя такое ее отношение.
— Как ей повезло. Ну а теперь, если позволите, я бы предпочел получить свою библиотеку в мое единоличное распоряжение.

Читайте также:  Узнать что надо для свадьбы

Bạn đang đọc truyện trên: Truyen3S.Com

Website đọc truyện online chất lượng hàng đầu việt nam, với nhiều thể loại truyện hay và hấp dẫn. Chúc các bạn có những giây phút đọc truyện thư giãn thật bổ ích.

Источник